РусТатEng
«Улетные танцы»: слуги многих господ

«Улетные танцы»: слуги многих господ

Оригинальный текст: http://www.sobaka.ru/kzn/city/theatre/40979

25-27 октября на малой сцене театра имени Камала прошли премьеры спектакля «Улетные танцы» по пьесе Салавата Юзеева. Его герои - лизоблюды. 

Режиссер спектакля Рамиль Гараев учился у Фарида Бикчантаева и Марселя Салимжанова, до этого ставил пьесы «Прости меня…» Лябиба  Айтуганова, «Гармонь» Ильгиза Зайниева,  «Мать» по Мустаю Кариму. По словам Салавата Юзеева, на второй день после того, как он передал текст в театр, Бикчантаев заявил, что она будет ставится. А на вопрос, смешно ли, ответил: «Страшно». 

Спектакль получается абсолютно узнаваемым, но при этом сюрреалистичным. Его место действия - невероятно красивый уголок природы, главное в котором - потрясающего вида горное ущелье. Около него стоят два одинаковых шатра - кухня и зал для высоких гостей, которые приехали за день до охоты. Им прислуживают трое - бесконечно преданный самой идее поклонения чинам, считающий, что даже смерть не может стать причиной для остановки праздника Атабай (Наиль Дунаев), ироничный и практичный Руфин (Ильдус Габдрахманов) и только пробующий силы в этой ипостаси Раян (Алмаз Гараев). Весь спектакль они носятся по сцене с подносами, дерутся, когда хочется им - и когда это нравится хозяевам. А также обсуждают баб и кино, выясняют, все ли трое здесь находятся для того, чтобы их «приметили». Ну, практически Труффальдино, Сганарель и Фигаро. Только лишенные внятных амбиций. 

При этом из палатки доносится лишь музыка и невнятное бормотание явно не последних людей в республике - они произносят, судя по репликам слуг, тосты, ругаются, борются, а также пару раз требуют танцовщицу (Айгуль Миннулина), чтобы она исполнила им нечто восточное, а может, и заглянула в покои. 

Словом, картина неприглядная. При этом слуги и женщина - образы явно символистские, а не реальные. Они, мол, даже в аду будут прислуживать, стараясь добавить кипяточку. Чуть дальше - и начнется гротеск. Порой это переходит в откровенное тыкание зрителю - мол, смотрите, актеры носят фраки, не вынимая плечиков, а Атабай настолько яростно произносит речи про почитание сильных мира сего (без какого-либо двойного дна), про командность, что того и гляди, завопит татарскую мантру «Будем вместе, будем едины!». Изящнее выглядит решение любовной линии, в котором артисты перевоплощаются в акробатов, парящих над сценой в танце. 

Для автора вообще не важны те, кто вне сцены веселится. Только те, что таскают креветок и шампанское. Во многое его мысли пересекаются с идеями, озвученными в прошлом сезоне в «Ходже Насретдине», где толпа, получившая право голоса, не выбирает ничего лучшего, как попросить еще больше худшей доли. 

И когда действие доходит до момента, когда служение может привести к смерти от руки пьяных стрелков, все четверо решают освободиться от наваждения, в буквальном смысле - стать птицами, о чем, похоже, давно мечтает танцовщица. Не хочется спойлерить, но выглядит это несколько трагично, если воспринимать буквально. Выводы же остается делать самому зрителю, который, верно, будет обескуражен неприятным ощущением, что все происходящее касается и его. Или выскажется, напротив, что ничего подобного в республике и ее культурном коде нет.

"Собака". Радиф Кашапов. 25.10.2015г.
0
Подпишитесь на рассылку, чтобы быть в курсе новостей театра