САЛАВАТ 33 СЕЗОН
До начала осталось:
САЛАВАТ 33 СЕЗОН
00
дней
:
00
часов
:
00
минут
:
00
секунд
0

«Сагынырсызмы?..»: пьеса-катастрофа, которая может стать оперой

Понедельник 09.11.2020

В главном национальном театре республики в минувшие выходные случился дебют нового автора. Артур Шайдулла в 2019 году победил в конкурсе «Новая татарская пьеса» с мистической притчей «Сагынырсызмы?..», и именно за нее взялся главный режиссер Камаловского театра Фарид Бикчантаев. На одном из премьерных показов побывала театральный критик Айсылу Кадырова, которая рассказывает читателям «БИЗНЕС Online», почему у этого спектакля может быть особая судьба на татарской сцене.

В Камаловском театре сыграли новый спектакль «На закате» по пьесе драматурга-дебютанта Артура Шайдуллы «Сагынырсызмы?..» («Будете ли скучать?..»). Режиссер Фарид Бикчантаев запланировал ее к постановке в 2019 году — сразу после того, как она выиграла в конкурсе «Новая татарская пьеса». В том «доковидном» мире никто и предположить не мог, как актуально работа будет звучать осенью 2020-го, когда чуть ли не каждый день многим из нас приходится с удручающей частотой читать и говорить о смерти.

«На закате» начинается как пьеса-катастрофа: в здании провинциального автовокзала собираются переждать разбушевавшуюся бурю не знакомые друг с другом путешественники. Как долго продлится стихийное бедствие, не знает никто: пропали телефонная и интернет-связь, остановились часы. Путешественники не могут выяснить и название автовокзала, которое обычно соответствует наименованию местности: вывеску, похоже, снесло сильнейшим ветром.

Среди путешественников — семья с маленькими детьми, тихие старик со старухой, крупный чиновник и его персональная помощница, демобилизованный военный, коммивояжер… Всем им нужно было добраться до Казани.

Среди путешественников — семья с маленькими детьми, тихие старик со старухой, крупный чиновник и его персональная помощница, демобилизованный военный, коммивояжер… Всем им нужно было добраться до Казани

Собрать незнакомых людей в одном надолго замкнутом пространстве — идея для драматургического текста давно не революционная. Но в репертуаре татарского театра пьес с подобным сюжетным каркасом («ловушка») крайне мало. В начале спектакля «На закате» кажется, что зрителям предстоит увидеть серию этюдов «Современный человек в стрессовой ситуации» и что каждый второй будет сопровождаться колкой и яркой актерской истерикой. Ожидания оправдываются лишь отчасти.

Удивительным образом гасит истерику в разнервничавшихся путешественниках начальник автовокзала Фуат Идрисович Нагимов. Эту роль играет Искандер Хайруллин — один из немногих актеров поколения старше 45, не утративших с годами уникальный дар быть на сцене неузнаваемым. Трудно сказать, сколько лет его Нагимову: он похож то на ветхого старика-добряка из сказки, то на могучего шоумена-рестлера из американского боевика, то на замотанного школьного вахтера, которому скучно от самого себя. Смотреть на него — как он говорит, как двигается, как молчит — всегда интересно.

Удивительным образом гасит истерику в разнервничавшихся путешественниках начальник автовокзала Фуат Идрисович Нагимов. Эту роль играет Искандер Хайруллин — один из немногих актеров поколения старше 45

Пережидающим бурю путешественникам начальник вокзала Нагимов организовывает бесплатный чай, у него отлично получается находить со всеми общий язык. С приветливым вниманием он относится даже к выходкам самой странной обитательницы вокзала — Анны (Миляуша Шайхутдинова). Эта молодая женщина смеется невпопад, не стесняется передразнивать больного с эпилептическим припадком. И никому не показывает своего младенца, которого периодически носит на руках в свертке из шерстяного одеяла.

Конечно же, никакого младенца в одеяле нет: к театральным условностям такого сорта казанским зрителям не привыкать. Но ближе к концу первого акта становится очевидно, что Шайхутдинова с пугающей точностью играет женщину с несуществующим младенцем: он плод ее болезненных фантазий.

От воображаемой реальности несчастной Анны по-настоящему веет жутью, однако в ее несуществующем ребенке ключ к разгадке нетривиального сюжета пьесы Шайдуллы: все герои спектакля — не живые люди, а призраки.   

Персонажи со скрипом принимают правду о том, что они мертвы и что этот странный вокзал — место, откуда каждый из них очень скоро отправится в неведомый «мир иной»

ПЕРСОНАЖИ СО СКРИПОМ ПРИНИМАЮТ ПРАВДУ

К концу первого акта жанр «катастрофа» ловко трансформируется в мистическую драму. Персонажи со скрипом принимают правду о том, что они мертвы и что этот странный вокзал — место, откуда каждый из них очень скоро отправится в неведомый «мир иной».

Художник-постановщик Сергей Скоморохов соорудил на сцене не столько странное, сколько вневременное пространство, которое легко представить реально существующим вокзалом где-нибудь в российской глубинке. Это просторный зал ожидания с рядами деревянных кресел, советским автоматом по продаже газированной воды, антикварным граммофоном. Есть там и стойка буфета с большим самоваром. Самое на этом вокзале запоминающееся — мутные витринные окна-арки во всю высоту сценической коробки. Периодически через них можно разглядеть сверкающие «хвосты» молний, а в финале спектакля наблюдать эффектный закат солнца (художник по свету — Тарас Михалевский).

Как театральный композитор в этом спектакле дебютировал сын режиссера Бикчантаева Йусуф Бикчантаев. Фрагменты его несуетливой музыки для струнных и ударных инструментов звучат в постановке поочередно с узнаваемыми сочинениями классика Рената Еникеева и песнями Ильгама Шакирова. Важно отметить, что режиссер пользуется музыкой очень экономно: она не настраивает зрителей на необходимую «общую» эмоцию, мгновенно вылетает из головы. Все музыкальные вставки короткие, они будто обрамляют спектакль пунктирными линиями.

Теоретически пьеса Шайдуллы может вызывать яркие переживания. Из нее, как мне кажется, со временем может получиться интересная опера: нужно только, чтобы эта идея увлекла потенциальных автора либретто и композитора. Все, что требуется для оперного шлягера, в произведении имеется: интриги, страдания, любовь, смерть. Действующих лиц — 18, из которых самыми оригинальными могут стать начальник вокзала (пусть это будет партия для баритона), Анна (меццо-сопрано) и жнец (контратенор).

Все, что нужно для оперного шлягера, в пьесе имеется: интриги, страдания, любовь, смерть. Действующих лиц — 18, одним из самых оригинальных может стать начальник вокзала

Жнец появляется во втором акте пьесы Шайдуллы. Он выдает билеты на тот свет, но прежде решает, кому вручить, а кто еще не заслужил…

У одного из ведущих оперных режиссеров России Дмитрия Бертмана есть «технологический» способ проверки, удалась ли постановка, он рассказывал о нем в интервью, которое вошло в уникальный справочник «Как смотреть оперу» (2018). Вот как этот метод работает: нужно мысленно воздвигнуть перед певцом трибуну Государственной Думы. Если исполнитель за ней будет смотреться уместно — спектакль плохой. Потому что, когда певец стоит столбиком и бездумно открывает рот, прекращается действие.  

Способ Бертмана, на мой взгляд, может сработать и при оценке драматического спектакля. Если мы применим его к постановке Бикчантаева «На закате», получится, что за воображаемой трибуной не устоит ни один из персонажей. Даже такие многословные, как чиновник Ишбулатов (Фанис Зиганшин) или коммивояжер Григорий (Рамиль Вазиев). Действие в спектакле камаловцев не провисает ни на секунду.

Весь второй акт герои спектакля пытаются смириться со своей собственной смертью. Это нелегко, поскольку к большинству из них она пришла внезапно

ПРОПИСНЫЕ ИСТИНЫ ИЗ ПЬЕСЫ ШАЙДУЛЛЫ ЗВУЧАТ В СПЕКТАКЛЕ БИКЧАНТАЕВА КАК ОТКРОВЕНИЯ

Весь второй акт герои спектакля пытаются смириться со своей собственной смертью. Это нелегко, поскольку к большинству из них она пришла внезапно. И многое важное им не удалось успеть при жизни: признаться в любви, попросить прощения, вручить подарок, да просто наконец-то встретиться. Кажется, самое сложное из перечисленного — встретиться. Это еще и самое ценное. Потому что встречу с другим человеком (свое реальное присутствие в его жизни и наоборот) не купить ни в одном супермаркете мира ни за какие деньги.

Прописные истины из пьесы Шайдуллы звучат в спектакле Бикчантаева как откровения. А спокойный, совершенно не слезливый разговор о смерти превращается в важный урок про хрупкость жизни. Пожалуй, главное достоинство этой постановки в том, что она уверенно выводит тему смерти из разряда неудобных, замалчиваемых и страшных. С такой точки зрения спектакль «На закате» очень современный. И очень полезный.

Он перекликается с философией Кейтлин Даути — основательницы некоммерческой организации The Order of the Good Death («Орден хорошей смерти»), владелицы похоронного бюро и ведущей популярного YouTube-канала Ask A Mortician («Спроси похоронщицу»). Кейтлин (ей, кстати сказать, 36 лет) справедливо полагает, что «никогда не бывает слишком рано начать думать о собственной смерти и смерти тех, кто нам дорог». Культура отрицания смерти — не от большого ума.

В разнообразном репертуаре Камаловского театра непросто найти спектакль, где так или иначе не возникала бы тема смерти. Она искусно вплетена в сюжеты большинства постановок, но далеко не во всех становится ее ключевым мотивом. Ее «несущей конструкцией». Первым в качестве такого редкого примера вспоминается спектакль Марселя Салимжанова по пьесе Туфана Миннуллина «Старик из деревни Альдермеш» — легендарная постановка про необычную дружбу старика Альмандара с ангелом смерти, она держалась в афише 25 лет! Могла бы, наверное, идти на сцене и дальше, но занемог исполнитель роли старика — выдающийся артист Шаукат Биктимиров (1928–2012).

Смею предположить, что у спектакля «На закате» с его приветливым интересом к теме смерти есть все шансы стать спектаклем-долгожителем своего времени. Эту постановку не портит даже примитивный с технической точки зрения финал: группа отъезжающих в иной мир призраков становится на платформу, которая медленно и со скрипом поднимается прямо от пола сцены метра на два, после чего из левой и правой кулисы с шипением и плевками вылетают жалкие тучки бело-серого дыма…

Напоследок: по данным статистики, в мире умирают два человека в секунду. Спектакль «На закате» длится 2 часа и 15 минут. За это время наш мир покинули 16 200 человек.

Айсылу Кадырова, "Бизнес Online". 09.11.2020.




Подпишитесь на рассылку, чтобы быть в курсе новостей театра
Ошибка, введите корректный адрес