ЗӘҢГӘР ШӘЛ / ГОЛУБАЯ ШАЛЬ
До начала осталось:
ЗӘҢГӘР ШӘЛ / ГОЛУБАЯ ШАЛЬ
00
дней
:
00
часов
:
00
минут
:
00
секунд
0

«Сагынырсызмы?»: следующая остановка — рай

Дүшәмбе 09.11.2020

В театре им. Камала состоялась премьера спектакля «Сагынырсызмы?» по пьесе нового для татарского драматургического мира автора Артура Шайдуллы. Мистическую притчу о загадочном вокзале и его обитателе оценил и корреспондент «Реального времени».

Мистическое нигде

Шайдулла — не совсем новичок в сфере творчества, причем билингвальный. Известно, что у него выходил роман на русском «Долгая дорога», пьеса «Странные соседи» получила третье место на конкурсе драматургии литературного института имени Горького. В 2016 году татарская пьеса «Обратный путь» получила премию на конкурсе «Новая татарская пьеса». А в прошлом — на том же конкурсе победила основа нынешней премьеры, которая по-русски называется «На закате». В обыденной жизни Шайдулла — управляющий розничной сетью продуктовых магазинов в Елабуге, говорят, что прямо перед первым показом в Камаловском он оттуда уволился.

Таким образом, в Камаловском он дебютировал как практикующий драматург, да еще и в день рождения режиссера Марселя Салимжанова, когда традиционно показывают новый спектакль. Ранее Фарид Бикчантаев также поработал с текстом Сюмбель Гаффаровой («Килмешәк»), вместе с автором «улучшив» его.

Мистическая притча Шайдуллы, безусловно, должна быть близка Бикчантаеву. В ней есть немало чеховской внезапной откровенности (а потому кажется, что с этого же вокзала в Москву так и не отправились бы и три сестры), ее основа — вера в потусторонние миры (а ведь первой постановкой молодого режиссера в родном театре была «Бичура» Мансура Гилязова). Самому автору, кажется, очень близок Булгаков с его чертовщиной.

Вокзал для восемнадцати

Звучит интро от Йусуфа Бикчантаева, который, вероятно, от отца перенял любовь к джазу, и появляется автовокзал. Словно из начала XX века — колонны, буфет, огромные окна. В нем собрался разнообразный люд, но всем хочется куда-то сбежать отсюда — домой, в аэропорт, на встречу. Но транспорт не ходит, а на улице ураган. Часы встали, а газеты — за 1991 год.

Их собственный автобус сломался, как и следовавшие за ним такси и фура. Так что сцена, возведенная на отдельном помосте, наполнена персонажами. И каждому есть что сказать — и зрителю, и друг другу.

Буфетчица Нурания (Афият Шакирова), бездомная Анна с плачущим конвертом (Миляуша Шайхутдинова). Провожающие больного Наиля (Алмаз Бурганов) Айзиля (Гузель Гюльвердиева), Айдар (Ришат Ахмадуллин) и Гульназ (Айгуль Хайруллина). Кандидат в депутаты Тагир (Фанис Зиганшин), его помощница Амина (Лейсан Файзуллина). Пара пенсионеров Сажида (Зульфира Зарипова) и Равиль (Халим Залялов). Мама с двумя детьми Гульнур (Алсу Каюмова). Десантник Раяз (Алмаз Гараев). Коммивояжер Григорий (Рамиль Вазиев). Только что отсидевший Динар (Ильнур Закиров). Дальнобойщик Федор (Айрат Арсланов) и таксист Вильдан (Минвали Габдуллин).

Фуат, который знает все

Главный тут — директор вокзала Фуат Идрисович. Искандер Хайруллин в характерной для него роли человека, который двигает все действо на сцене с вычурной поспешностью. Он тянет время, чтобы не говорить, что же это за вокзал-то такой.

Между тем пока что это явно не зал ожидания, а прямо-таки парламент. Тут спорят про 1991-й и советское время: мол, а что перемены, а власть нашим родителям дала образование. Потом переходит к стоянию на площадях в 1993-м. У кандидата отец погиб в Афгане, а у пенсионеров сына убили в Челнах. Коммивояжер оказывается сектантом, и таксисту есть за что тому предъявить. Так что несколько раз на сцене начинается мордобой. Но, как и в театре, никто не чувствует боли (правда, возникает вопрос, почему тогда Наиля в первой части одолевает приступ эпилепсии).

Хоть текст и наполнен татарстанскими реалиями, он универсален — легко представить его и в русском театре. Благо символы тут универсальны. А речи красивы, пафосны и очень театральны. Вероятно, так и говорят в потустороннем зале ожидания.

Разгадка проста: сбивчиво и с трепетом Фуат Идрисович говорит им, что они беспокойные души, которые застряли на этом вокзале в ожидании следующего автобуса, который отправит их в другой мир. За этим на сцену приходит Жнец (Эльвир Салимов) — этакий стильный Харон, раздающий билетики всем, кто заслужил поехать. Включая и директора вокзала, который, наконец, признает, а точнее, вспомнит свою вину.

И, конечно, грехов на сцене почти столько же, сколько и людей. От убийств до забывания дня рождения матери. Несмотря на то, что пьеса Шайдуллы густонаселена, сюжет ее линеен. Есть множество типажей, есть персонаж, который взаимодействует с ними (или через которого они начинают спорить, разрешая разногласия в драках). Хотя в конце все они сливаются в едином танце-объятье, но не похоже, что они помирились друг с другом.

С другой стороны, все приняли свои грехи, покаялись (на словах). Каждый произнес длинный монолог, который легко представить на бумаге, но который тяжеловато порой звучит на сцене — здесь уже многое зависит от актера, поверит ли он сам в произносимое, и найдет ли необходимые интонации, оттенки, чтобы не превратить его в монотонную историю.

Возможно, и героев могло бы быть и меньше, и речи покороче, сюжеты их могли бы стать извилистее. Когда герой Зиганши начинает раздавать перемячи, которые пекла его мама, это воздействует лучше любых звонких слов.

Радиф Кашапов, "Реальное время". 09.11.2020.






Театрның яңалыкларын белү өчен, рассылкага язылыгыз
Ошибка, введите корректный адрес